Романтик и куртизанка

За одной женщиной он много лье прошел пешком, в поисках другой обыскал чуть не всю Францию. Один из самых читаемых в мире французских прозаиков, незаурядный мастер графики, человек, поражающий своей разносторонностью, романтик Виктор Гюго всю жизнь был одержим любовью.

Ко времени рождения будущего писателя его родители были женаты пять лет и уже воспитывали двух сыновей – Абеля и Эжена. Но детство Виктора из-за семейных разногласий проходило то с отцом, то с матерью, то в пансионате, куда его определили по настоянию Гюго-старшего, чтобы дать мальчику хорошее образование и ослабить материнское влияние. Здесь ум взрослеющего подростка питался в основном чтением.

К четырнадцати годам он уверенно владел александрийским стихом, умел находить для каждого произведения свой стиль литературной речи и искусно подбирать эпитеты, писал свои первые стихи, поставив перед собой цель превзойти ведущего писателя Франции того времени Шатобриана. Слава не заставила себя долго ждать — спустя год он удостоится поощрительного отзыва Французской академии, спустя два – награды Академии цветочных игр в Тулузе.

Ради Адель

Вскоре молодому Виктору пришлось отстаивать теперь уже не только свое место в поэтическом мире Франции, но и любовь к дочери старых друзей семьи Гюго Адели Фуше. Родители с обеих сторон были против их союза, потому что у молодого человека еще не было прочного положения в обществе. Отослав свою дочь за восемьдесят лье от Парижа, Фуше надеялись, что у парня не хватит даже денег для поездки. Но они плохо его знали – пылкий влюбленный отправился за Адель пешком! Отец девушки, пораженный столь глубоким чувством молодого поэта, наконец-то позволил им переписываться и встречаться.

Конец молодости и любви

Когда в свет вышла первая книга Виктора Гюго «Оды», это означало не только новую ступень в литературе, но и обретение более прочного положения во французском обществе, а значит, устранение препятствия к женитьбе на возлюбленной. Писатель был совершенно счастлив. С небольшими промежутками у пары родились две дочери и два сына.

К тридцати годам за плечами Виктора уже были внушительная победа в области лирической поэзии, драматургии и прозы и… трещина в семейной жизни. Увы, его Адель, за которой он готов был идти пешком хоть на край света, а не какие-то жалкие восемьдесят миль, увлеклась начинающим литератором Сент-Бевом… С этого момента отношения супругов стали чисто формальными.

Божественная княгиня

2 февраля 1833 года, на премьере своей пьесы «Лукреция Борджиа» в театре Порт-Сен-Мартен, Виктор Гюго сохранял уверенное спокойствие – симпатия, с которой произведение приняли актеры, внушала надежду на успех и у зрителей. Покой мэтра был нарушен, как только на сцену вышла божественной красоты женщина — княгиня Негрони, которую играла актриса Жюльетта Друэ. Публика буквально пожирала ее глазами, не мог отвести от нее взгляда и Гюго.

«В пьесах господина Гюго маленьких ролей не бывает!» — воскликнула актриса, поначалу огорчившаяся доставшейся ей маленькой ролью в новой пьесе. После этих слов сердце писателя было покорено окончательно.

Жюльетте было 26 лет, и на тот момент она работала в труппе два года. Зрители любили ее не столько за талант, сколько за необыкновенную красоту. Молодой актрисе надо было хорошо одеваться, носить украшения, а на средства, заработанные в театре, она позволить себе этого не могла. Адель разделяла участь многих своих привлекательных подруг по профессии – вела жизнь дорогой куртизанки. У нее было множество долгов, но всегда веселая, неунывающая, она верила в случай, который принесет ей успех и деньги, а если повезет, то и настоящую любовь. Она ждала и не напрасно…

«Я люблю тебя», —

произнес пылкий влюбленный писатель, и эти слова изменили жизнь обоих: и все еще женатого знаменитого писателя, и легкомысленной куртизанки. Чтобы быть рядом с любимым, Жюльетта отказалась от театральной карьеры и вольной жизни в кругу многочисленных поклонников, добровольно обрекла себя почти на монашеское затворничество и смирилась с практически бесправным положение «подруги» поэта. Злые языки трепали ее имя, заставляя страдать, но она оставалась верна своей любви. «Моему ангелу, у которого отрастают крылья», — подписал Гюго экземпляр своей новой повести «Клод Ге», подаренный Жюльетте.

Но их отношения не были безупречными – Виктор безумно ревновал любимую женщину, хотя она и не давала ни малейшего повода для этого. Не раз возмущенная Адель уходила, но… вскоре возвращалась к своему суровому и обожаемому господину.

«Прощай навсегда!»

С тех пор как Жюльетта порвала с прошлым, ее бесконечно преследовали кредиторы. Чтобы хоть как-то расплатиться с ними, она заложила все свои драгоценности и даже одежду. Ее долг составлял двадцать тысяч франков – баснословную по тем временам сумму. Даже гонорар за нашумевший роман Гюго «Собор Парижской Богоматери» был втрое меньше.

Между любовниками разразился бурный скандал, в конце которого Виктор выбежал из квартиры со словами: «Прощай навсегда!» Но на следующий день его охватило раскаяние – кто же, как не он, должен и может помочь любимой вырваться из долговой трясины? Однако в их квартире Виктор Жюльетту не нашел – несчастная женщинабежала из Парижа, не оставив адреса.

Через несколько дней ему удалось узнать, что беглянка остановилась у родственников в Нормандии. Трое суток писатель добирался до этих мест. Только теперь уже не пешком, как в случае с Адель, а на дилижансе. За шесть дней разлуки Жюльетта поняла, что тоже не может жить без него. Великое чувство, как в пьесах самого Гюго, превратило грешную куртизанку в одну из самых возвышенных душ Франции.

«Прежде я был непорочен»

Об их романе говорил весь Париж, но Виктор и не помышлял о разводе с женой, т.к. безумно любил своих детей. Друзья пытались «спасти» любимого всей Францией писателя от роковой любовницы, но он им всегда отвечал одно: «Право, я стал гораздо лучше, чем во времена моей непорочности, о которой вы сожалеете. Прежде я был непорочен, зато теперь я снисходителен к людям. Это большой прогресс, ей-богу».

Отказаться от Жюльетты он не мог. Она обладала таким остроумием, таким легким характером, что в ее присутствии писатель веселился как ребенок. К тому же она, в отличие от его жены, всегда была большой поклонницей творчества мастера. Оставив сцену и живя в уединении, Жюльетта занималась перепиской рукописей поэта. Свое «убежище» она покидала только для совместных летних путешествий. Поездки в Бретань, Бельгию, Шампань, Швейцарию, Пиренеи и Испанию расширяли кругозор писателя, во время них он делал свои многочисленные зарисовки пейзажей, памятников и старины, а Жюльетта служила ему Музой.

Любовь всепрощающая

Друэ не только вдохновляла его, но и посвящала Гюго в тайны любви. Писатель с гордостью о себе говорил: «Женщины считают, что я просто неотразим!» Виктор Гюго заводил романы почти до последних дней своей жизни. И не только с Жюльеттой… Самая большая любовь в его жизни терпеливо относилась к «грешкам» своего Виктора. Особенно нелегко ей пришлось в сорок лет, когда ее прославленная красота стала увядать, и ее в сердце писателя потеснила молодая дворянка Леони Д’Оне.

Но вскоре эта связь закончилась большим скандалом: ревнивый муж Леони нанял полицейских для слежки за женой. Любовниковсхватили на «месте преступления». Гюго избежал наказания, поскольку принадлежал к сословию пэров. А вот молодой женщине не повезло – ее посадили в тюрьму за прелюбодеяние.

Но стареющего Гюго это не остановило – он рискнул соблазнить 22-летнюю дочь писателя Теофила Готье. Историки приписывают Виктору Гюго и еще один роман — на этот раз с известной французской актрисой Сарой Бернар.

«Я горда писать тебе…»

Тем не менее, он всегда называл Жюльетту Друэ своей «истинной женой». Поговаривали, что их интимные отношения продолжались пятьдесят лет… Большую часть этого времени они прожили отдельно друг от друга, но если было возможно, виделись каждый день. Если же нет – писали письма. Терпеливая подруга написала Виктору около двух тысяч писем!

До преклонных лет они сохранили традицию по любому поводу писать. 1 января 1883 года Жюльетта написала Гюго: «Обожаемый мой, не знаю, где я буду в эту дату в следующем году, но я счастлива и горда подписать тебе мое удостоверение на жизнь сейчас вот этими только словами: Я люблю тебя». Это было ее последнее новогоднее поздравление – спустя пять месяцев в 77-летнем возрасте она умерла на руках у Гюго. Он был подавлен горем и не смог даже присутствовать на похоронах. С Жюльеттой ушло все его прошлое, вся его жизнь…

Во время своего последнего путешествия, по Швейцарии, в записной книжке, наряду с неразборчивыми набросками стихов, появилась новая запись: «Скоро я перестану заслонять горизонт». Умер он в день имени Жюльетты.

 
 
 

Авторadmin